Дети двух войн: судьба испанки, бежавшей от Гражданской войны в Испании, и пережившей Великую Отечественную

Дети двух войн: судьба испанки, бежавшей от Гражданской войны в Испании, и пережившей Великую Отечественную

Опубликовал: Liudmila Shibanova 06.05.2021 Комментарии Комментариев нет

ispanka1

Памятные медали «Дети войны» вручили нескольким десяткам испанцев, которые были эвакуированы во время Гражданской войны (1936-1939) в СССР. Среди них – Элоина Гарсия Менендес. С ней и ее двумя дочерьми корреспондент РИА Новости встретилась в Мадриде.

 

Текст: Елена Шестернина.

 

Обычная квартира в спальном районе столицы, немного старомодная обстановка, здесь живут три женщины – пожилая мать и две ее дочери. Элоине Гарсии Менендес 92 года, говорит она с трудом, отрывисто и громко, почти не слышит, но то, что происходило много десятилетий назад, прекрасно помнит и время от времени пытается дополнить рассказ дочерей о своей судьбе.

ispanka

Младшая – Каролина Медина – единственная из трех дочерей, у которой испанское имя. Только она родилась в Испании, старшие сестры – Наталия и Татьяна – в СССР, и назвали их в честь Наташи Ростовой и Татьяны Лариной.

 

СПАСЕНИЕ

Двадцать третьего сентября 1937 года, в разгар Гражданской войны в Испании, Элоине исполнилось 9 лет, в свой день рождения она вместе с другими испанскими детьми отправилась из Хихона на корабле в Ленинград. В 1937-1938 годах из Испании через Францию в СССР отплыли четыре корабля – из Валенсии, Бильбао, Хихона и Барселоны – всего около 3 тысяч детей и несколько сот сопровождающих-взрослых.

Мать Элоины, республиканка, отправляла на этом корабле двух дочерей – Элоину и ее старшую сестру. Оставаться в Испании было опасно – уже начались бомбардировки городов, в которых гибли мирные жители. Брат Элоины, сотрудничавший с коммунистами, был расстрелян в 13 лет. Когда именно это произошло, точно уже не восстановить – или во время забастовки шахтеров в Астурии в 1934 году, или уже во время войны.

ispanka0

На этом же корабле был будущий муж Элоины – Хулио Медина Альварес. Его семья политикой не занималась, никакого отношения к республиканцам не имела, но была очень бедной. Хулио тогда было 10 лет.

Хулио оказался в детском доме в Москве, Элоина – в Ленинграде. Первые месяцы из-за плохого здоровья она провела в больнице – без языка, близких рядом и совершенно в незнакомой стране. Потом началась учеба в Ленинграде, но в 1939 году ее перевели в Евпаторию – там был создан специальный детский дом для больных туберкулезом.

ispanka2

«Я была хорошей девочкой», – пытается вступить в разговор сама Элоина. Годы в детском доме она всегда вспоминала как счастливые, для испанцев сделали специальную учебную программу, у них были прекрасные учителя, сопровождающие, к ним приезжали известные люди, актеры, певцы, они ходили в музеи, на выставки, в театр, говорит младшая дочь Каролина.

 

ЭВАКУАЦИЯ

Началась Великая Отечественная война – уже вторая война в судьбе 12-летней Элоины. Детей не предупредили, что их эвакуируют, сказали, что везут на экскурсию. Путь до Сталинградской области занял месяцы: ехали на поездах, грузовиках, много шли пешком, в том числе через горы, по дороге несколько детей умерли, погиб и учитель, которого особенно любила Элоина. Его фотография до сих хранится в семейном архиве.

«Мать вспоминала бомбардировки, что видела немцев на другом берегу Волги, и всю жизнь вспоминала голос, призывавший сдаться», – рассказывает Каролина. Этот голос она называла «голосом Геббельса».

Из Сталинграда испанских детей отправили в Башкирию. Элоина оказалась в детском доме в Бирске. Ее сестру эвакуировали из Ленинграда в Уфу – там она училась в ремесленном училище и работала на производстве. Время от времени удавалось встречаться, и Элоина оставляла для нее хлеб. «Русский народ нас очень берег. То, что мы получили в России, забыть нельзя», – говорила она.

ispanka3
«Испанцы были в своего рода «привилегированном положении», мама вспоминала, что их иногда отводили в сторону и давали молоко и печенье, а советским детям нет. Она только потом это поняла», – рассказывает Каролина.

«Она всегда рассказывала о войне как о чем-то обычном. Да, было трудно, но тяжело было всем. Они чувствовали себя частью судьбы народа, думали, какой вклад могли внести в свои 14-15 лет», – говорит Каролина. Ездили в госпитали – петь и танцевать для раненых, собирали урожай в полях, работали на производствах, вязали носки и варежки для солдат и перевязывали из старья свитера для детей. Элоина даже сдала экзамен на тракториста, но из-за низкого роста до педалей не доставала и в поле работать не смогла.

В 1944 году испанских детей отправили в Москву, там она познакомилась со своим будущем мужем, который вернулся из Саратовской области, где находился в эвакуации его детский дом.

 

ПОБЕДА

О Дне Победы пытается рассказать сама Элоина. «Это был сумасшедший дом. Много людей, я туфли потеряла, потом нашла, не знаю как», – вспоминает она. «Она про пьянку не говорит, а отец еще рассказывал, что первый раз напился в тот день. Второй раз его напоили друзья на свадьбе – поженились испанцы 7 ноября (день Октябрьской революции – ред.)», – смеется Каролина.

Элоина и Хулио поженились рано – через год после окончания войны. «Они хотели создать семью, связей с родственниками в Испании не было – даже не переписывались. Некоторые испанцы иногда писали, но все проверяла цензура Франко», – говорит Каролина.

 

ВОЗВРАЩЕНИЕ

Элоина закончила фармацевтический институт, Хулио – Бауманский. Родились две дочери. В 1956 году они вернулись в Испанию. Тогда Франко при посредничестве Красного Креста, наконец, дал разрешение вернуться испанцам, вывезенным в СССР, – после возвращения пленных добровольческой «Голубой дивизии», сражавшейся на стороне нацистской Германии на Восточном фронте и участвовавшей в блокаде Ленинграда.

«Они всегда хотели вернуться, их воспитывали с идеей вернуться. Но когда приехали, это было разочарование. Испания в то время была очень отсталой страной по сравнению с СССР», – говорит Каролина.

Ее сестра Татьяна вспоминает, что в момент возвращения ей было 6 лет и ее надо было записать в школу, для этого требовалось свидетельство о крещении. Однако крестить под русскими именами ни старшую сестру, ни ее не хотели. Татьяна получила второе имя – Пилар.

«Нам трудно было смириться с низким уровнем образования, было много безграмотных, книг почти не читали», – говорит Татьяна. Франкистская пропаганда работала успешно. «Дети во дворе снимали с меня трусы и искали хвост. Говорили, что у нас рога, ведь мы приехали из Советского Союза. А священник собирался проводить экзорцизм – изгонять из меня дьявола», – рассказывает она.

Женщины в Испании в те годы не могли ни работать без разрешения мужа или отца, ни открыть банковский счет, ни путешествовать, женщину могли приговорить за измену, мужчину нет, наследство жены переходило мужу, наследство мужа жене не полагалось.

Элоина решила открыть аптеку. Но сначала надо было вновь сдать экзамены на фармацевта – советские дипломы Испания не признавала. «Они требовали разрешение мужа, чтобы открыть аптеку, а я им говорю – причем тут муж, что он знает о моей профессии?», – смеется Элоина. Когда аптека, наконец, начала работать (бизнес в результате записали на Хулио), посмотреть на женщину-фармацевта из СССР приезжали ее коллеги-мужчины со всей Астурии.

Испанцев, вернувшихся в первую волну, подвергали допросам – не только испанская полиция, но и ЦРУ. В марте 1957 года в Мадриде был создан Центр специальных исследований для сбора и обработки информации об СССР, поступающей от репатриантов. Целью было получение информации о военных разработках Советского Союза.

Отношения с семьями, которых Элоина и Хулио когда-то оставили на родине, не сложились – они стали незнакомцами. Жизнь на родине оказалась совершенно иной, чем это представляли испанцы, которые вернулись в первую волну – людям, которые получили образование в СССР, было сложно принять франкистскую Испанию.

Хулио работал по специальности, полученной в Бауманке, – занимался электрификацией испанских железных дорог. В 1967 году они переехали в Мадрид. В 1981 году Хулио умер. «Слава богу, он не видел распада СССР. Для него это была бы катастрофа, он был очень благодарен этой стране», – говорит Каролина.

ispanak5

Всего за годы Гражданской войны из Испании, по официальным данным, были эвакуированы более 30 тысяч детей – больше всего во Францию (20 тысяч), а также в Бельгию (5 тысяч), Великобританию (4 тысячи), СССР (3 тысячи), Швейцарию (800), Мексику (455). К концу 1939 года большая часть вернулась – кроме Мексики и СССР.

На сегодняшний день, по данным ассоциации «Дети России», членом правления которого является Каролина Медина, в живых остаются около 150, эвакуированные в СССР, часть из них живут в России и других республиках бывшего СССР.

 

 

Комментарии